• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: моноложничествто (список заголовков)
21:52 

Все имеют право на счастье. Однажды...
Тихо-тихо, будто снег с пальцев стряхивать, страницу за страницей.
Тихо-тихо, будто рука из руки у подъезда в восьмом классе.
Тихо-тихо, будто накануне года сказки шепчутся.

Тихо-тихо, карнавал в детском саду кончился.
Зайчики выросли, курят, редко ночуют дома.
Снежинки выросли, носят больше духов, чем одежды.
Гномики выросли, едва проходят в дверной проём, водят трамвай.

Мы выросли, мы не верим сказкам.
Часто врём, что всё в порядке, что нет, не приезжай, что еще позвоню.
Часто врём, что нигде не был, что это не ты
Часто врём, что больше не буду.

Врём, но свято верим во все эти маскарады.

Время снимать маски, только никому не говори...





работа одной моей одноклассницы. на фото один мой одноклассник

@темы: Моноложничествто, Мысли вслух

23:21 

Руки... пальцы... шепот...

Все имеют право на счастье. Однажды...
Руки-руки… Пальцы-пальцы… Шепот-шепот…
Руки сплетают неслышную вязь, вытанцовывая на фоне сумеречного неба в едва ощутимом вальсе. Руки касаются горизонта, вычерчиваясь на грани света в едва одержимом реверансе. Пальцы невидимыми нитями тянутся сквозь песок, пересыпая бесконечность в ладонях. Пальцы недлинными танцами вьются через вздох, перекатывая слова в ощущениях. Шепот мешается с волнами, взбивая коктейль ненасытного моря. Шепот срывается с губ, долетая каплями неожиданной веры.
Руки-руки… пальцы-пальцы… шепот-шепот…

Руки-руки… пальцы-пальцы… шепот-шепот…
Руки взлетают птицами в воздух, замирая в хлопьях сизого неба. Руки вьются воздушными змеями, отталкивая в песок рваные облака. Пальцы барабанят тарантеллу по клавишам тела, оставляя мокрые капельки на коже. Пальцы танцуют польку по паркету эмоций, поправляя узкие пуанты вен на руках. Шепот мечется из форте в пиано, расставляя паузы над тонкими штилями. Шепот вяжется из клубка моих снов, цепляя мечты на прищепки иллюзий.
Руки-руки… пальцы-пальцы… шепот-шепот…

Руки-руки… пальцы-пальцы… шепот-шепот…

Руки-руки… пальцы-пальцы… шепот-шепот…


@темы: Моноложничествто, Мысли вслух

13:49 

Все имеют право на счастье. Однажды...
Поговори со мной, пожалуйста, ты же знаешь, я услышу. Поговори со мной, пожалуйста, я выключила город, чтобы он не мешал мне своим нелепым утренним шорохом. Поговори со мной, пожалуйста,ты же знаешь, я узнаю твой ласковый голос, даже если птичье меццо-сопрано возьмет не ту ноту\ Поговори со мной, пожалуйста, через радио, через крохотные пуговки наушников, через дворников, через солнечные зайчики. Поговори со мной, пожалуйста, ты же знаешь...

ты же помнишь...

Поговори со мной, пожалуйста...

@темы: Моноложничествто, Мысли вслух

23:17 

Туманность

Все имеют право на счастье. Однажды...
Мне кажется, ты создан из тумана. И мне страшно протянуть к тебе руку – вдруг пальцы не ощутят касание горячей плоти, вдруг мираж исчезнет, подчиняясь всем законам иллюзий. И ещё мне кажется, что ты создан для длинных разговоров, трепетных сплетений рук, неожиданных прикосновений – но не больше. С тобой можно бродить по длинным извилистым улочкам неисхоженных городов; с тобой можно сидеть у костра и считать падающие звёзды; с тобой можно молчать о будущем; с тобой можно играть в гляделки на заднем сидении автобуса. Многое можно. Можно писать каждое утро «Хорошего дня, Светлый!» и неизменно желать тебе светлого вечера или сладких снов на ночь; можно писать тебе длинные и короткие нескладные письма и называть тебя «Светлый».
Но не больше.
Мне кажется, думать о тебе, как об обыкновенном мужчине – немного кощунственно. Не могу я тебя так воспринимать. Мне кажется, что ты из тех последних аристократов, для которых духовная близость первична, для которых фуги Баха имеют такое же значение, что и цвет глаз возлюбленной. Ты – Ромео нашей эпохи.
Нет, ты не поёшь серенады, не осыпаешь путь Единственной ярко-алыми лепестками и не пишешь под Её подъездом: «Я тебя люблю…». Кажется, не поёшь, не осыпаешь, не пишешь – я же не знаю наверняка. Неважно.
Но тебе чужды веяния этого времени, его скорость, его низость и пошлость. Ты танцуешь вальсы и поправляешь белоснежную астру в петлице фрака. Ты не умеешь изменять. Ты стабилен. Ты надёжен. Ты… ты стал чем-то в стиле Ангела – крылья, нимб, всепрощающий взгляд. Я слишком тебя рисую. Мне кажется, для тебя не существует боли, неловкости или предательства.
Наверное, самое время сказать «Отпусти» - да только не отпускается… сколько я себя помню, мне в след всегда летели оскорбления, упрёки, обвинения. И отпускала с лёгкостью и радостью. Зато меня отпустить не могли – до ненависти любили, но не могли перечеркнуть, выбросить – я знаю… и это безумие длится годами, и я не желаю ничего с этим делать: меня оскорбляли, унижали, когда я уходила – я терпела и принимала всё безропотно и смиренно. И это самое смирение хуже проклятья – нельзя ненавидеть святых. Это противно естеству любого. И если меня любили когда-то, то забыть это сложно…
А я отпускала с лёгкостью. Вместо «Прощай» я говорила «Прощаю» и это прощение было куда больнее, чем миллион оскорблений.
Но всего однажды в след я услышала не проклятие, а благословение «Удачи тебе, Светлая» - отпустить не смогла. Не потому, что благословение легло проклятием, а потому, что ты вместе с ним перестал быть человеком. Я не помню тебя человеком. Ангел. Только Ангелы способны на всепрощение и на благословение падших. А твоя телесная оболочка – вместилище – не больше. Поэтому я почти равнодушна к отсутствию твоих писем. И почти не помню твоих поцелуев – это только внешность… зато я помню твоё тепло. Не то тепло, что ты дарил мне – это пошло. Не то тепло, что согревало нас – это низко. Не то тепло, что ты пытался перевести в словесную форму по телефону – это невозможно. А то тепло, что излучали твои глаза, когда ты неистово шептал «Я тебя никогда не забуду…». То тепло, что прожигало насквозь каждой твоей смс. То тепло, что касалось моих губ. Спасибо тебе за него. Спасибо. Теперь это все меня греет. Греет не как проявления твоей страсти; не как поцелуи лучшего в мире любовника. Они греют меня, как самое светлое воспоминание. И я пытаюсь оттолкнуться от них, стараюсь сделать их трамплином в будущее, новой ступенькой. И со светлой грустью радуюсь этому маленькому итогу. В свои 20 я уже счастлива. Спасибо тебе за это, Светлый.
Если что не так было – прости. Я не со зла, не могу причинять тебе зло. Но если что-то не так – прости. Ты умеешь прощать. В этом твоя сила. В этом моя слабость. Это твоё благословение и моё проклятие. Прости меня, Светлый, за все эти письма, за все эти фразы, за все эти годы – когда каждая минута длится столетием. Верно, это тешит твоё самолюбие? Прости меня, Светлый…
Светлый… Светлый… Светлый…

@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

22:55 

Словесный портрет

Все имеют право на счастье. Однажды...
Ты когда-нибудь видел, как взрывается звезда? Как сотня жгучего света сжимается, коллапсирует, а после – вспышка. Вернее, чёрная вспышка. Как застывает тёмная сфера, а от неё мелкими брызгами отлетают алые, синие и зелёные языки пламени. Хотя нет. Они черные. Черные, как бездна. Как память новорожденного. Как безветрие пыльных звезд. Или чаще всего они цвета густого горячего шоколада. Эти брызги неподвижно овивают чёрную точку зрачка. И тянутся нитями до самого края сферы. А иногда пламя бывает серым. А дымка вокруг взорвавшейся звезды – томная, голубая, как небо над горизонтом. Или зелёные брызги. Ты никогда не видел огненно-зелёный взрыв? Когда мелкие точки раскалённой плазмы, настолько горячие, что кажутся ледяными. Они застывают неокрепшим айсбергом, и возникает ощущение, что горизонта не существует. Не видел?
А я видела. Это твои глаза…

Тебе никогда не приходилось замечать движение ветра? Момент, когда пустота, вакуум на долю миллисекунды наполняются материей, энергией, импульсом. Это похоже на прилив – море выбрасывает на берег длинные языки волн, а потом слизывает мокрый песок, оставляя разводы пены. И всего-то – мгновение. Секунда. Взмах. Не больше. Похоже на движение в воде – она тянется, затягивая и прижимаясь к тебе со всех сторон. Не замечал?
А я видела – это взмах твоих ресниц…

Ты когда-нибудь обращал внимание на обжигающую лаву пламени? Когда языки тянутся, сжигая мелкую взвесь кислорода, выбиваясь испод темной шапки вечера непослушными вихрями. Когда от одного взгляда хочется отдёрнуть руки, но ты протягиваешь ладони, подставляешь лицо и мысленно принимаешь обжигающий поцелуй. Не обращал?
А я видела. Это твои губы…


@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

22:48 

Место втречи

Все имеют право на счастье. Однажды...
Место встречи изменить нельзя...

Там, где небо кажется бледнее океана, где его синие, антрацитовые капли едва касаются водной глади, а чайки белее барашков на волнах…
…где зелёная вода ласкает янтарный полумесяц пустынного побережья, слегка целуя каждую песчинку…
…где малахитовые пальмы щекочут тени небес, а палящее солнце облизывает каждый сантиметр воздушного пространства…
…где спелые бананы гроздьями оттягивают тонкие ветви, маняще и соблазнительно целуя каждого своим ароматом…
…где солнце расплавленным ликером заливает глаза, а веки поддаются этому сладкому безумию…
…где радуга касается изумрудного поля, переливаясь сотней оттенков, будто кто-то тронул туб калейдоскопа…
…где тюльпаны поднимают свои красно-белые голову над чёрной землёй, протягивая листья к фиолетовому небу…
…где звонкий водопад срывается в ущелье, заглушая птичий щебет толщей летящей воды, а горная речка жадно впивается в него…
…где видны лишь очертания черных деревьев, как молчаливых сторожей, стоящих столетия в безветрии и безмолвии…
…где дождь веером брызг тянется от неба до земли, а потом, не стесняясь - от земли до неба, не обращая внимания на Закон Всемирного тяготения…
…где пурпурные облака нехотя обнажают плечи могучих гор, едва касаясь их метких шпилей, нашептывая земные тайны, как колыбельные…
…где небо отражается в глубоких глазах озёр, как звуки тишины, недвижимо и бессловесно, будто природа от этой тишины онемела…
…где песчаные волны перекатываются под ветром с дюны на дюну, будто живые…
…где огненный закат не гаснет до рассвета, жгучими языками взвиваясь по склонам заснеженных гор…
…где колосья гнутся под взглядом, а зелёные веера колышутся от малейшего вздоха, яркие, изумрудные и непокорные…
…где свет ослепляет глаза, забираясь под одежду тонкими лучами, и становится щекотно и радостно…
…Я жду тебя там, где… Сегодня в полночь…


@темы: Моноложничествто

22:42 

Любовь с первого мура

Все имеют право на счастье. Однажды...
Он: Кажется, я тебя люблю...
Я: Не говори глупостей, мы знакомы всего ничего...
Он: А мне уже кажется, что люблю... давай, не будем расставаться?
Я: Я не могу, мне нужно уйти... действительно нужно
Он: Тебе со мной плохо?
Я: Мне с тобой действительно очень хорошо, честное слово... ты ласковый... и, кажется, добрый... У тебя такие добрые глаза... мне с тобой спокойно, а это дорогого стоит...
Он: ТАк почему ты хочешь уйти? оставайся со мной...
Я: я не могу. у тебя есть ОНА...
Он: Я уйду от неё!
Я: зачем? она тебя любит... и ты её, наверное, тоже. вы столько времени вместе!
Он: Я хочу быть с тобой...
Я: мы будем бегать к друг другу на свидания... ездить в гости...
Он: ну почему ты так далеко живёшь? тебе необязательно уходить. я поговорю с ней. она всё поймёт.
я: не надо... я же знаю, она тебя любит...
Он: для меня это уже не важно...
Я: для меня важно...
Он: У тебя кто-то есть?
Я *тихо*: да...
Он: Давно?
Я: да...
Он: ты его любишь?
Я: её...
Он: ЕЁ?!
я: да, её... но между твоей ОНА и моей ОНА огромная разница!
ОН: ну, её так её... тогда позволь мне просто любить тебя, хорошо? я буду о тебе думать... постоянно... или даже чаще.
я: хорошо...
Он: не уходи... побудь со мной хотя бы полчасика, а? когда ты в следующий раз придёшь?
я *я подняла глаза на Его Её*: ммм... когда?
Она: через три месяца... Кузьма... отстань от клиентки, у неё уже есть кошка...
Он повернулся ко мне: твоя Она должна быть счастлива... как её?
Я: Дуся...
Он: понял... жди в гости...


@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

22:35 

Кардиограмма

Все имеют право на счастье. Однажды...
Есть люди, которые поражают меня своим незначительным отношением к жизни. На вопрос «Как дела?» когда вы не виделись больше года, они всегда неизменно отвечают: «Ничего… Нормально…» или «Спасибо, потихоньку». Может, правда, добавят что-нибудь «жизненное», низменное, если хочешь – «а я вот за Интернет заплатил…» Нет, они ничего не скрывают – они просто не помнят.

- Привет, что нового? Как настроение?
- Ничего. Как обычно. Вот, домой с работы иду. Сейчас маршрутку жду.
- Как это ничего? Так не бывает. Говорят, ты женился (защитил диплом/ собаку завёл/ нырнул с аквалангом…)
- Ах, да…

разве можно жить одним «точечным» сейчас, в котором существует пробка, развязавшийся шнурок или не купленный хлеб? Для таких людей жизнь – мигающий светофор в три серых фонаря: зажёгся один – он и не вспомнит, какого цвета был предыдущий. И был ли он вообще. Нет, конечно, для них есть вспышки и яркие молнии, но и они, как правило, точечного характера. Жаль. Мне это не по душе. Жизнь – это полёт, движение по траектории, а не одна конкретная точка этой самой кривой. Нельзя остановить своё прошлое, завернуть его в газетку и сунуть в шкаф. «Тут живите – тут не живите». Нет.

- А как у тебя дела?
- Ой, столько всего. Я на работу устроилась, уже полгода как. Учусь запойно, аж щекотно. А ещё я хочу прыгнуть с парашютом…
- Да? А когда?
- Когда? Не знаю. Никогда, наверное. Ты же знаешь, я боюсь высоты… я просто хочу… я могу просто помечтать? Я хочу поехать в Париж, поселиться в Эрмитаже, научиться вязать пятку у носка и издать сборник своих стихов. А ещё я пишу сказку. Для детей…

Кажется, такие траекторно-точечные люди не умеют по-настоящему. Ни жить, ни не жить. Их жизнь – неровные колебания. И живут они только однажды, и то, если повезёт. И они не меняются. Просто есть одна точка, которая настолько выбивается из прямой бытия, превращая ещё в шип кардиограммы. Такой себе инфаркт сущности. Астма реальности. Выстрел самобытности. Именно в этой отдельно взятой точке никакой разум не в силах рационально оценить потенциальную бесполезность эмоций – человек выше этого. Именно эта отдельно нависающая точка отражает человеческий максимум, потенциал неведомого, невозможность жизненных глубин. Человек навалившимся светом, его слепят звуки, он различает мириады новых запахов и вкусов – и всё это мгновенно и одновременно, никаких точек, никаких остановок – беспрерывно, как и должно быть. А потом он пытается оглянуться, или что ещё хуже, разобраться в себе. И тонет, тонет, тонет, погрязая в сомнениях. Человек уверен, что он не может так. Что он НЕ УМЕЕТ так чувствовать. И с каждым вопросом, обращенным в себя, жизнь становится всё более гладкой, прерывистой, пока снова не зациклится на прямой. И человек снова успокаивается – всё так, как должно было быть, удивляясь своему дикому взлёту к далёкой – за границами привычного космоса – точке, имя которой Любовь…



@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

22:20 

unfortunatelly...

Все имеют право на счастье. Однажды...
Unfortunatelly, I cannot forget your kisses. It seemed to be unreal but every day I begin from thinking of you. I hate you and love but do nothing. I promise not to do anything and try to, but you know which results I have in it. Excuse me for being in your life – I cannot leave before you ask me to take away. My memory crusified me afain with understanding that you will never belong me. Never...
Have you ever thought of taking some crazy steps? Something absolutely unreal for you? You should understand the importance of that step taking in the right time, the right place and in the right way. For example, you will never realize how hard can be feeling of your own unimportance...
I remember your smiles, being full of honey and milk; I remember your greenwarmed eyes; I remember your sweet touches. My memory is so good... unfortunatelly...


@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

22:49 

Все имеют право на счастье. Однажды...
…Снова начало всех начал – поезд с кашлем оттолкнулся от перрона с изяществом африканского слона на пенсии. Ночь в томительном предвкушении больших чудес и маленьких случайностей. Утро в разводах крупных холодных хлопьев и мир покачнулся в ритме постоянного пульсара дороги. Чужой город навсегда останется для меня чужим, сколько бы лет я в нём не прожила. Приехала, выдохнула, отправилась искать нужный адрес. Крупные вывески и маленькие таблички, неровные и гладкие, яркие и сочные, серые и безвкусные нагромождения слов Дамокловым мечом свисают с домов…
…Я подняла голову, уставившись на большие округлые буквы – мимо такой вывески грех пройти. Сравнила их с визиткой, ещё раз качнула головой и сделала шаг в «ФИЛИАЛ АВГУСТА». Интересно, что мне могли предложить в таковом заведении?
Стены в сочных пятнах, на полу ковер, или нет, газон – не важно – зелёная трава, из-за угла яркий солнечный свет. И длинный-длинный коридор. Смешение звуков и запахов – смех, прибой, грибной дождь, совершенно непонятно, как всё это уместилось на каких-то квадратных метрах… правда, пространство растягивается, захватывая меня то песочными замками, то пряной изумрудной травой, а то и вовсе мокрым асфальтом. Совершенно случайно сталкиваюсь с приветливым молодым человеком:
-Пожалуйста, Вам сюда…
Распахнутая дверь вталкивает меня в сумерки, цикады перекрикивают едва слышный смех, гитарный бред и старый магнитофон. «…Разбежавшись, прыгну со скалы…». На дверной ручке маркировка: «Август, 2003, Дача». Невидящим взглядом смотрю на надпись, силясь понять, каким это чудом из моей памяти достали так бережно хранимый вечер далекого юношества. Это точно МОЯ память – вот он, Мишкин смех, а вот Макс подкрался с сигаретой и теперь снова будет прожигать дырку в моих джинсах… невольно коснулась рукой струящейся юбки, с удивлением ощутив старую джинсовую ткань. Так и есть – Макс прожёг мне джинсы. Незаметно понимаю, что голоса затерялись среди треска костра, а вечер наваливается на плечи тёмно-синей вуалью. Так быстро стемнело, что я и не заметила… странно. Задираю голову, звезды носятся безумием, роняя охапки брызг в сочную траву. В нос настойчиво стучится запах свежего сена, на руку немедленно уселся комар. Уже не сомневаясь, опускаю глаза на заляпанные глиной брюки, перемазанные в плавленых сырках, овсянке. На дверной ручке маркировка: «Август, 2004, Суздаль». На губах – тонкая все понимающая улыбка. Зажмурившись, руку в карман, пока ещё ничего не исчезло, успеть, достать имбирные шарики. Успела…Пока рассматривала надпись, потянуло по ногам тёплым ветром. Неловко отпрыгиваю в сторону, потому что мягкий прибой Средиземного моря облизывает мои новые туфли.
Оглядываюсь через плечо, и только сейчас понимаю, зачем я сюда пришла. Нет, я не стану моделировать своё прошлое, воскрешая твои сладкие поцелуи, песок на пальцах и палящее солнце. Нет, я даже не попрошу поющих фонтанов. Вижу вытянутое удивлённое лицо приведшего меня сюда:
-Что-то не так?
-Да, я не хочу Ваших чудес… Вернее, я хочу у Вас работать.
Молодой человек удивлённо качнул головой:
-Что ж, это ВАШЕ дело.
…Ты меня на рассвете разбудишь,
Проводить необутая выйдешь,
Ты меня никогда не забудешь,
Ты меня никогда не увидишь…


И потянулись, побежали, поструились нелепые будни. Теперь я каждый день вяжу длинные и почти что бессвязные праздники для кого-то. Чей-то незамысловатый Август с неизменной маркировкой на дверной ручке выплывает из-под моего крючка, ложась маревом на плечи жаждущих Ассолей и помнящих Орфеев. Я – Мастер Одиночества – и сама иногда приобщаюсь к культуре бытия, толкая тяжёлую кованную дверь серого подъезда.
…Заслонивши тебя от простуды,
Я подумаю: «Боже Всевышний...
Я тебя никогда не забуду,
Я тебя никогда не увижу…»


Я достаю длинный крючок и начинаю, петелька за петелькой, накидывать ажурные кружева чьих-то шорохов. Помнишь, наступило утро… оно ласково, осторожно наступило на край постели, потянуло тёплое одеяло, легко пощекотало сонные веки мягким лучом… так славно было бродить босиком по пустой квартире, смеяться тому, что за окном холодно и снег, а нам тепло и солнечно. Филиал Августа в трёх маленьких комнатах… Помнишь, наступило утро… Длинное утро после короткой ночи. Длинное утро после тысячи лет ожидания. Длинное утро накануне быстрого прощания. Как оказалось, быстрое прощание насовсем.

Не мигая, слезятся от ветра
Безнадежные карие вишни,
Возвращаться – плохая примета –
Я тебя никогда не увижу…


Но я поняла… я не люблю. Я просто помню. И зря, вероятно.

И качнутся бессмысленной высью
Пара фраз, залетевших отсюда:
«…Я тебя никогда не увижу…»,
«…Я тебя никогда не забуду…»

Нет, не зря... я помню, а это – самое главное сокровище...
...Я тебя никогда не забуду...
...Я тебя никогда не увижу...
...я тебя никогда не забуду...

@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

00:51 

Город

Все имеют право на счастье. Однажды...
Я видела Киев...
...Раньше мы не любили друг друга: Он строил мне мелкие пакости, а я просто его не любила. Он закрывал для меня станции метро - я ездила на автобусе. Он засыпал меня снегом - я болела и злилась. Он палил меня солнцем, поливал дождём, взрывал дороги - я обливалась потом, стояла в подъездах и ходила босиком...
...Когда я приехала, я не пыталась Ему понраситься, чтобы мне показали что-нибудь интересное. Я не заискивала. Я не восхищалась красотой и самобытностью архитектуры. Я не стояла с упоением на Крещатике. Он также не стремился набиваться мне в друзья. Он закрыл аптеку, которая мне была так нужна, до 20 числа. Он перенёс нужный мне дом в другой квартал - в разрез всем правилам нумерации. Он взвинтил температуру на градуснике до такого жестого плюса, что плавился асфальт...
Три часа мы присматривались друг к другу. Он закрывал станции метро, передвигал улицы и продавал невкусный квас. Я шла пешком, мыла уставшие ноги в фонтане и каталась на эскалаторе.
Мне повезло...
Но был вторник, жара, а я из Одессы...
Я не стремилась быть с ним приятной, нравится его жителям или любезничать с продавцами. Я просто была. Мы как-то сосуществовали.
А потом всё вдруг изменилось. Мы стали соучастниками, сообщниками. Я сидела на высоком бордюре и смотрела вниз. Город пристроился за плечом и тоже смотрел вниз. И мы видели одних и тех же прохожих. И видели их одинаково - спешащих, ждущих, жующих и курящих в своих машинах. Мы смотрели на них с одинаковой усталостью и безразличием.
А потом была дежурная экскурсия по столице нашей Родины. Мы прыгали по брусчатке с таким остервенением, что посыпались карты из бардачка. Мы нарушали все мыслимые и немыслимые правила. Мы почти опоздали на автобус. А Город все мне прощал - он заботливо переключал светофоры и всасывал ямки. Но это была наша тайна. Мы подружились. И было щекотно. И не хотелось уезжать.
Если теперь я приеду в Киев, я приеду в гости к Киеву...

@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

23:32 

МиМ

Все имеют право на счастье. Однажды...
Мим сидел, сняв свои белоснежные перчатки, уставившись в одну точку, и курил, пуская дымные бублики в небо. И в этот момент Мим не был паясом, шалтаем-болтаем, артистом – это был обыкновенный человек, только чуть бледнее и грустнее, чем обычно. Мим закрыл глаза, тяжело стряхнул пепел в тонкий изумруд свежей травы под ногами. На плечо ему легла тонкая ладошка в узкой белой перчатке. Мим поднял взгляд на подругу (не то Мимесса, не то Мимоза, как её?).
Вы когда-нибудь видели, как улыбаются мимы? Нет, не та гримаса, которую они корчат, чтобы насмешить детей, а та, искренняя и настоящая улыбка, делающая похожими на людей… Тонкие губы, как по волшебству, разъехались в узкую полосочку, обнажая не закрашенное гримом тело. Подруга смотрела на мима и тоже ласково улыбалась только уголками губ. Она знает – улыбаться от души нельзя, можно только изогнуть бровь в нежном вздохе. Она склоняется над Его лицом, обжигая дыханием неправдоподобно белую кожу. Вы когда-нибудь видели, как целуются мимы? Аккуратно, чтобы краска грима не стёрлась от страсти. Нежно, чтобы не спугнуть таинство. Едва коснуться губами, непременно закрывая глаза.
А потом Мим пошёл на работу… От неподкупной страсти и нежного дыхания не осталось и следа – Мим паясничал, кривлялся и дарил всем прохожим воздушные шары и поцелуи…
Мим подошел ко мне, скорчил гримасу, протянул руку в тугой перчатке. Я вспомнила, какими глазами он смотрел на свою девушку, и поняла, что тогда он был больше, чем человеком. А сейчас… Сейчас он потешался над всем миром, хохоча про себя над нелепыми людьми, спешащими на работу. Мим прыгал в своём длинном фраке, раздавая воздушные поцелуи направо и налево. Мим дурачился и издевался над будничным настроением окружающих. Мим был смешащим и смеющимся…
Я держала длинный шарик за непослушный хвостик и смотрела на мима, внезапно понимая, как мне его жаль – Мимы не умеют улыбаться по-настоящему… Я разжала ладошку...
По щеке прыгнула солёная жемчужина. Мим округлил глаза, на секунду превратившись в настоящего человека, и кажется, впервые в жизни заговорил:
-Ты… чего?
Я улыбнулась и задрала голову в синющее небо:
-У меня шарик улетел…
Я ошиблась… мимы умеют улыбаться…


@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

22:59 

=Безумие=

Все имеют право на счастье. Однажды...
Безумие, порождённое пафосом, вытекает из словесной чехарды моего сознания. Я не умею усмирять буйство красок в своих мыслях. Я отказываюсь верить в прикосновение разума, и хватаюсь за жалкие остатки паутины возможности. Моя реальность пульсирует, изворачивается, жалит меня тонкой стрелой безысходности. И самое ужасное, что наконечник этой стрелы был выкован моей рукой. И вежливо смазан ядом. Другой вопрос, что тугая тетива лука изначально была направлена на моего Теля. Это мой Каин, мой же Авель. Это мой Цезарь, и мой Брут. Сама. Виновата в том, что тонкие разводы молний не дают покоя лаврам Елены. Моя Троянская война не столь кровава, она хуже. Моя война – не там, где брат идёт на брата, сын – на отца. Нет. Моя война – та, где зеркала трескаются от невозможности отражать; та, где солнце синего цвета, а море ещё нужно выкопать в песке; та, где на Голгофу нужно спускаться, а время – подгонять.

Вот и загоняю торопливые стрелки в тонкие рамки пони по кругу. Они рвутся из этой заколдованной сферы, силятся оттолкнуться от арены циферблата. Детской лопаточкой переворачиваю тысячную тонну песка, чтобы коснуться хотя бы солёной капельки. Я покупаю огненную охру и бросаю её в фонтаны, чтобы брызги, долетающие до зелёного неба, застыли на сухой тарелке солнышка. И сама отражаю все искорки. Сама, вместо зеркала. Зачем мне зеркало? Зеркало всё покажет без искажений. Всю правду – на блюдечке с лиловым шёлком. А я… я буду незаметной кисточкой дорисовывать веснушки на твоём носу и такие славные ямочки.

Я люблю твои ямочки. И веснушки люблю. Эти солнечные зайчики на твоих щеках греют меня даже в самую лютую стужу. Я протягиваю руку, боясь прикоснуться к неведомому.

@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

22:43 

Колыбельная Оле Лукойе...

Все имеют право на счастье. Однажды...
Здравствуй!
Я снова заступила на дежурство имени Андерсена, братьев Гримм и Шарля Перро. Дежурный Оле Лукойе слушает. Или нет, дежурный Оле Лукойе говорит.
Говорит, что снег – не навсегда; весна – не только слякоть; музыка – не только Моцарт. Дежурный Оле Лукойе слушает «Машину времени» и «7 расу», болтает ногой и смотрит, как клубятся круглые бублики дыма. Трубка вишнёвого дерева привычно дарит свободу.
Я молчу. Сказка сама найдёт меня, усядется на моё плечо, набьёт трубку и затихнет. А зачем?
Сказка болтает ногами, а горьковатый дым от её трубки окутывает комнату. Закрываю глаза, но невесомость уже коснулась губ. Мягко улыбаюсь. Вот и правильно.
Нет, я Оле Лукойе, я знаю все сказки на свете, даже нерассказанные. Расскажите мне, пожалуйста, ещё.
А когда мой собеседник уснёт, я буду шептать ему самые старые сказки, как колыбельные. А когда наступит рассвет, я набью свою трубку снова, а багровый дым едва коснётся подушки. И Он никогда не вспомнит смешного Оле Лукойе. А если когда-нибудь мне придётся рассказать эту сказку, я закурю, усядусь на абажур, буду качать ногой и молчать, пуская густые колечки в воздух.
Надо же, уже рассвет… закрываю свой зонт, поправляю одеяло, последний раз касаюсь взглядом и выхожу в открытое окно. Всё.
Утром ты меня не вспомнишь, извини…

Но если я не успею уйти, вишнёвый дым коснётся и моей головы. И теперь я никогда не вспомню, что я – Оле Лукойе. Только удивлюсь закрытому зонтику на столе. А в мире станет меньше сказок – некому их помнить…

Спи, мой Ангел, я люблю тебя спящим.
Спи, мой Ангел, я люблю тебя сонным.
Все тревоги отложи в долгий ящик,
Спи, мой Ангел, я тебя помню.

Спи, котенок – слишком взрослый для сказок,
Спи, хороший, я твоя колыбель.
Спи, моя песня сокровищ и красок,
Не просыпайся - поправлю постель.

Спи, моё невесомое таинство,
Тихо прислушаюсь к мягкому тембру дыхания.
Я любуюсь тобой, не просыпайся, пожалуйста.
Я не уйду, хотя и шепчу: „До свидания...”


@темы: Мысли вслух, Стихоблудство, Моноложничествто

22:23 

...Иероглиф...

Все имеют право на счастье. Однажды...
Пытаюсь разобрать иероглиф поцелуя на перроне… Ветер бесится, бьёт в набат моим плащом, а я стою, закрыв глаза. Что значил этот поцелуй? Прикосновение губ, сплетение прошлого, всепроникающий яд. Я не умею быть понятной. Я пишу левой рукой задумчивое сплетение мыслей, и пью кофе, как лекарство – залпом и слегка поморщившись.
Я пытаюсь разобрать иероглиф твоего взгляда. Странно ощущение. Я не видела тебя столько лет, а узнаю твоё дыхание. Странное ощущение – мы видимся каждый день, а я не могу запомнить, какого цвета у тебя глаза.
Я пытаюсь разобрать твои мысли – они путанные, как водоросли океана. Ты же помнишь маленький городок на его берегу, не так ли? Люблю этот город. Я была пьяна им. Пьяна, как никем и никогда. И ты взял меня за руку. Без слов. Я закрыла глаза и сказала: «Пусть всё будет, как будет…». И всё стало, как есть. Странно, да? Я говорила про два будущих (будет и будет), а получила прошлое и настоящее (стало, есть).
Извини, я больше не буду тебе писать. Моя фантазия, как грифель, исписалась… а новую я не буду трогать. Не вижу смысла. Я всё равно пишу для себя, а смысл дублировать то, что я рву на крохотные полосочки?
Не пишется. Вообще. Солнце светит, птички поют. А я засыпаю. Но всё равно до ночи буду ворочаться и ждать твоего звонка. Извини, я больше не буду. Лежать, и надеяться, что ты позвонишь. Ты знаешь – Надежда таки глупое чувство…

Курортный роман закончился в тот момент, когда ладошка выскользнула из цепкого плена пальцев...

@темы: Моноложничествто

23:01 

Море

Все имеют право на счастье. Однажды...
«…Кто ссылал сюда поэтов,

ничего не смыслил в этом:

ни в поэтах, ни сонетах,

ни в лучах тепла и света

над прибрежною волной…»



Мелкий портовый городок притаился в густых сливках Моря. Ветер швырялся осколками платанов, поднимая вихри листьев и утренних снов. Голуби стеснительно перешептывались, оседая на натянутых проводах. Город просыпается. Море делает шаг назад, отступая в Турцию. Но уже через мгновение бросается на псевдо сухой песок, отбирая у земли ещё одну мелкую полоску суши. А потом снова отступает. И этот многовековой тяни-толкай завораживает, укутывает сознание в плеск и шелест. И всё. И больше ничего. И даже такие волнующие проблемы в тихом вальсе отскакивают на задний план. И всё неважно. Море – лучшее лекарство для бегущих. Море – лучший плен для страждущих. Море – лучшая колыбельная для спешащих. Море мягко и настойчиво, как заботливая бабушка, слушает тебя, пряча улыбку в густой сетке морщин. Ты шепчешь, захлёбываясь слезами и мокрыми брызгами морского согласия. Ты кричишь, но рокот прибрежного прикосновения гладит тебя по голове, и со всем соглашается. Ты сидишь на большом круглом камне, глотая обиды и все доводы. Ты молчишь. Ни о чём молчишь. А потом понимаешь, что это был самый лучший и содержательный разговор в твоей жизни. После него чувствуешь приятное опустошение. Такое ненавязчивое, лёгкое. Это не пустота, это свобода. И пусть весь мир подождёт – у меня свидание. С Морем…

Прими меня, Море, прими такой, какая я есть – неверная, неправедная, несильная, ненужная. У меня нет веры. Веры в то, что всё как-нибудь само. Веры в то, что когда-нибудь всё сложится нужным словесным пасьянсом, без какого-либо грустного случая. Прими меня, Море, несильной в своем желании быть праведной. Сила моей слабости больше слабости моей силы. Прими меня, Море. Кому ж ещё меня любить, как не тебе? Тебе неважно, сколько денег в моём кошельке. Тебе неважно, сколько мужчин в моёй постели. Тебе неважно, сколько слёз и смешков за моей спиной. Тебе важно, что я пришла к тебе. И ничего не требую, ничего не хочу. Просто пришла. Помолчать. И ты благодарно молчишь в ответ. Вот и поговорили. Спасибо, Море…

@музыка: summertime

@настроение: прибойные качели

@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

16:06 

Кошка

Все имеют право на счастье. Однажды...
«…Ты меня на рассвете разбудишь…»

Твои губы шепчут непонятный мне мотив, а душа носится где-то под облаками, обрекая своё тело на пустынность и бездушие. За окном синими красками раздаётся небо, переливаясь в багровое пламя рассвета. Я сижу на краешке постели, едва дыша. Первый луч коснулся моего виска, и я инстинктивно повернула голову к свету. Смотрю, как ты спишь. Любуюсь твоим мягким дыханием. Прислушиваюсь к твоим снам. Интересно, что тебе снится? На лице – полуулыбка, полусмех.

«…Проводить необутая выйдешь…»

Не провожай. Я на кухню и обратно… если бы я могла, я бы приготовила крепкий горячий кофе, налила в твою высокую чашку. Но я не могу. Я вернусь в комнату и усядусь возле твоей колыбели ждать. Я не спешу. Спи, мой Ангел…

«…Ты меня никогда не забудешь…»

Твой предрассветный сон самый сладкий и самый хрупкий. Не просыпайся. С ненавистью смотрю на тикающий будильник, который неустанно смахивает секунды с циферблата. Через 20 минут он разбудит тебя… Каждый раз, когда я смотрю на него, мне хочется подойти к тебе близко-близко, коснуться твоей щеки. Но я знаю, что ты вряд ли обрадуешься. Ты, как и раньше, отмахнёшься от меня. Потом деловито встанешь, потянешься, почистишь зубы, оденешься и уйдешь на работу. Ты никогда не замечаешь меня. А я тебя люблю. Беззаветно и безоговорочно. Страстно и безумно. Я не могу даже рассчитывать на твоё прикосновение. Поэтому я ухожу на кухню за тринадцать секунд до будильника. И жду, когда ты придёшь завтракать. Ты зайдёшь, торопливо плеснёшь в чашку дурманящей горящей нефти кофе, залпом выпьешь. И, может, погладишь меня по голове. Ты смотришь в мои глаза и мне так тепло. И солнечно…

«…Ты меня никогда не увидишь…»

Я – твоя Кошка…

@темы: Моноложничествто, Мысли вслух

16:04 

Волшебная палочка...

Все имеют право на счастье. Однажды...

Ты – мой генератор случайных желаний… хитросплетение твоих мыслей заворачивает меня в кокон, теребит волосы неторопливым шёпотом и едва касается шёлковым ветром полузакрытых век. Солнечные зайчики твоих поцелуев слегка трепещут на ресницах, а после мягкими нитями сползают по щекам. Я улыбаюсь, чуть искривив равную гладь губ в полушёпоте:
-Чего тебе хочется?
Ты задумчиво опускаешь забрала на янтарные грани глаз и хрустальные жемчужинки слов слетают с уст:
-Я хочу, чтобы солнце начертило на земле ровный полукруг, чтобы птичий оркестр склонился над арией Вивальди в полусвисте, чтобы море привычно облизывало дольку берега, и чтобы ты… чтобы ты улыбалась…
Закрываю глаза. На улице дворник торопливо щекочет землю старой метлой. На перекрёстке заливаются постовые. Молодая хозяйка с плеском выплеснула полный таз голубоватой воды во двор.
-Всё это будет…
Закрываю глаза. Рука в руке, и пусть весь мир подождёт: творится таинство, случается волшебство – вершатся чудеса. Закрываю глаза… слышу, как Солнце старательно скребёт лучистым мелком по асфальту, отчерчивая ровную тонкую дугу; чувствую, как разбивается партитура скрипичных звуков в голосах соловьёв, соек, чаек и тысячи других; вижу, как сочная волна набрасывает сетку точёных капелек на тонких песок и снова отпрыгивает в неровной траектории бега. И улыбаюсь.
Свершилось…
Ты – генератор случайных желаний…
-Чего тебе хочется?
-Я хочу большой синий одуванчик! И воздушный замок – обязательно с башенками! И волшебную палочку! Если бы у меня была волшебная палочка, я бы непременно загадала бы себе тысячу воздушных шаров. Чтобы отпускать по штучке в синее медно-купоросовое небо. И чтобы дарить по шарику каждому прохожему. И тогда каждый отпустит тоненькую пуповинку, и шарики унесутся куда-нибудь далеко – туда. А мы будет стоять, задрав голову вверх и смотреть на последний взмах разноцветных точечек. И дети не будут плакать. Дети будут отпускать воздушные шары и радоваться этому. И взрослые не станут держать тонкие оболочки, а отпустят свои проблемы также легко, как можно разжать ладошку, и мягкая сфера унесётся в поднебесье… Если бы у меня была волшебная палочка, я бы заказала длинную радугу от моих сандалей до моря, всю полосатую, но не вдоль, как обычно, а поперёк. И эта невероятная карусель цветов будет касаться неловкими веснушками любопытных носов, носиков, носочков. И будет радостно. И смешно. И щекотно от солнечных зайчиков на лакированных туфлях, часах, зеркальцах, запонках…
Если бы у меня была волшебная палочка, я бы попросила тысячу цветов, чтобы разобрать, какого цвета твои глаза. Я бы примеряла несуществующие шаблоны на густой палитре красок, и каждый раз отмахивалась от неудачного сравнения. У тебя глаза цвета моря – и не зелёные, и не синие, и не чёрные. Нет. У тебя глаза цвета моря. Или это море подстраивается под неловкую кавалькаду оттенков твоих искрящихся взглядов?
Если бы у меня была волшебная палочка, я бы занималась волшебством, и никто бы больше не говорил, что я – Одноразовое счастье…


@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

16:00 

Одиночесвто - искусство быть Пенелопой

Все имеют право на счастье. Однажды...
Спи, моя аксиома невероятности… ты недоказуем, как наше пересечение, сомкнувшее параллельные плоскости в кротком поцелуе… ты недосягаем, как ветер смежных линий – горизонт и россыпь дождя… ты невероятен, как тень лепестка розы в лунной радуге на предрассветном подоконнике… ты… ты… ты… шепот теребит волосы, обнимая за сердце. Ты… ты… ты… Маятник послушно отсчитывает удары, стопочкой складывая часы и минуты на плоском столе Мёбиуса. Ты… ты… ты…
Одиночество – это искусство быть Пенелопой,
И прощать Одиссея, заплутавшего в складках скитаний,
И плести длинный шлейф, распуская неровные нити,
И неровные пальцы заставлять снова браться за прялку,
И шептать Его имя превыше всякой молитвы,
Не надеясь на Бога, а только на Время и Верность,
И терпеть подношенья Судьбы и прочих сиделок
В виде ветра на крыше и града, побившего стёкла,
И сжигать свои свечи, выставляя их на подоконник,
Чтобы Путник заблудший к ним спешил через дождь и усталость,
И когда Он вернётся, упасть перед ним на колени:
«Я верна, как никто…», - и услышать в ответ:
«Я не верю…»
Одиночество – это искусство быть Пенелопой…

@темы: Моноложничествто

00:24 

Молитва

Все имеют право на счастье. Однажды...
Господи, дай мне мудрости, чтобы стать терпеливой...
Господи, дай мне нежности, чтобы стать мудрой...
Господи, дай мне уверенности, чтобы стать нежной...
Господи, дай мне трепета, чтобы стать уверенной...
Господи, дай мне понимания, чтобы стать трепетной...
Господи, дай мне терпения, чтобы стать понимающей...
Господи, дай мне понимания, чтобы стать мудрой...

А силы не давай мне, Господи, мне нужно уметь быть слабой, чтобы меня хотелось защищать...

@темы: Мысли вслух, Моноложничествто

Душевный аквидук

главная